Дмитрий Кононов, «Герои. Нарциссы. Психи.» (продолжение)

Перепечатка и распространение книги приветствуется :) . Только при наличии ссылки на источник http://blog-tela.ru/!

Под истошный женский визг отдергиваю занавеску гримерки, не глядя в публику, самоуглубленно вступаю в бликующий   полумрак сцены. Вспыхивает прожектор, ярким белым овалом очерчивая ее центр, одновременно с этим с разных сторон подиума выстреливают клубы дыма: пффф-ф-ф! Наружу неудержимо рвутся суровое утробно-брутальное «I told you I’ll be back» и одновременно визгливо-дурашливое «А ты-ы-ы такой холодны-ы-ы-й, как айсберг в океане-е-еее…» Помесь Зайца с Терминатором. Гы. Хорошая идея для новой «произволки»?

Но – к черту шутки! Выхожу в слепящий чуть сбоку луч прожектора, опустив голову, боковым зрением ловя,  как ложится тень на грудные, пресс и квадрицепс, нахожу максимально выгодное по освещению место на сцене. Фоновая музыка смолкает, по – прежнему, не глядя в зал, задумчиво принимаю исходную позу: двойной бицепс-пресс-межреберные-широчайшие-квадрицепс. Нога отставленеа чуть в сторону, корпус слегка наклонен вправо-вниз, взгляд – на правый бицепс. На лице – непроницаемость Сфинкса. Эстетика, скульптурность, гармония. Вещь-в-себе. Секундная тишина, прерываемая лишь редкими одобрительно – пьяными возгласами… и на замершую в ожидании толпу обрушиваются звуки героического саундтрека Ганса Циммера. Явный не – формат.  Народ слегка пришиблен. А что вы ожидали, деточки? Парк Горького? Раммштайн?

Знаете, в чем главная «фишка»? НЕ стараться понравиться! Не улыбаться заискивающе в публику, жадно ища одобрительные взгляды. Прямо сейчас, в эту минуту, ты выступаешь только для себя. Музыка и движение. Мгновение и вечность. Ты не смотришь на лица. Ты знаешь, что взгляды жадно обращены на тебя. Ты смотришь сквозь них и внутрь себя. Вдохновение и отстраненность. Это создает дистанцию между толпой  и тобой. Чуть отталкивает, но одновременно – завораживает. Ты затягиваешь людей в свой образ, в свою реальность, настолько, что они даже забывают аплодировать… И вот, в какой – то момент, ты поднимаешь взгляд, и искренне, дружелюбно улыбаешься кому-то в толпе (да-да-да, конечно, по умолчанию, это длинноногая блондинка/брюнетка/шатенка из первого ряда, завороженно внимающая твоему театру-одного-актера). И все внезапно понимают, что ты – такой же Простой Парень, как и все, живой человек, с которым можно поговорить, улыбнуться ему, и даже – ммм… потрогать! И в этот момент разражается буря оваций…

…и самый прикол в том, что все это: отстраненность, вдохновение, искренность – можно сыграть. И если ты играешь хорошо, то ты поневоле начинаешь все это чувствовать. «Хвост машет собакой», однозначно! :)

…одеваясь, успеваю 15 раз вспотеть: в гримерке нечем дышать! Натягивая неизменную футболку-стрейч, чувствую, как она стремительно стала тесной, пик «накачки» пришел только сейчас, после позирования. Приятное ощущение разбухших грудных, дельт, рук дополняется проступившими венами на бицепсах и предплечьях: «мечта наркомана» — заезженная шутка по этому поводу, слышанная мной раз двести. Влетает арт-директор, миниатюрная, вечно возбУжденная девушка – электровеник с перманентно сиплым от перекрикивания музыки голосом, протягивает мне конверт с «халтуркой», сопровождая это восторженными междометиями и ожесточенной жестикуляцией с участием всех больших пальцев, которые только есть в организме. В том смысле, что я – офигенно «отжег», «забацал» и «замутил», на что я дежурно отшучиваюсь про «две минуты позора – и деньги в кармане!». И оба понимающе ржем. И в этом месте я частенько вспоминаю про…

  1. 1. Позор НАСТОЯЩИЙ.

10 лет назад, «уездный город N», ночь, улица, фонарь, аптека… впрочем, нет, об аптеке – позже :). Тогда так: ночь, ресторан, качки, кухня. Да – да, именно кухня: разминаемся среди тарелок, моек и кастрюль. Для некоторых заведений гримерка для «артистов»- роскошь, а народ устал от однообразно-унылого «бухалова» под гнусавое «живое» пение местных Лучано-на-Повороте и требует зрелищ, шоу, то есть. Каковые и организуют подобные заведения, приглашая поочередно танцоров, стриптизерш, ну и, ясен пень, «качков». Иногда – всех вместе, если позволяет бюджет и размеры.

Так вот, разминка в кухне ресторана может оказаться чрезвычайно увлекательным делом, особенно, когда рядом на столе стоит поднос с разлитым в бокалы шампанским. «О! Все включено!»- довольно ухмыляется мой коллега по сцене и технично опрокидывает емкость в бездонное бодибилдерское чрево. Краткая справка: Майкл, 22 года, 100 кг (против моих тогдатошних 80), здоровяк и оптимист, страстный любитель трех вещей в жизни: пофилософствовать,  пожрать и покуролесить.

В промежутках «качается», работает охранником и тренером и занимает призовые места на региональных соревнованиях. Очень любит взвешиваться, для чего специально приезжает на соревнования в соседние регионы, проходит процедуру взвешивания и благополучно просыпает в гостиничном номере выступление своей категории. Сильный как черт, особенно по сравнению со мной.

«Будешь?»- протягивает мне фужер, деловито жуя что-то из «закуси», найденной тут же. «Ты чего?»- ошарашенно спрашиваю я. «Нам же выступать через 20 минут!». «Ну! Вот и разогреемся заодно! Мы ж сварщики – то настоящие! Гыыы.» — радостно цитирует свой любимый анекдот эта самоходная гора мышц. Я решительно отказываюсь, копчиком чувствуя недоброе. Эпикуреец хренов.

«Ну чего, ребят, готовы?» — цокая манерными туфлями, вкатывается колобкообразный конферансье в игривом пиджачке с золотыми позументами, волоча за собой шлейф табачного дыма и характерный винегретный запах. «Значит, уточняю: сначала кто у вас? Дима? Окей, потом ты, Майкл, а потом вы вдвоем под че-нить зажигательное, да? Музыку отдали уже ди-джею? Окей. И еще, Миш, а помнишь, ты в прошлый раз девчонку из публики на одной руке поднял? Круто было! Давай че-нить в  этом роде забацаем? Ну, типа, вы же не только красивые, но и сильные же парни? Дим, ты у нас ведь не выступал еще вроде? Поднимешь с Михой какую-нибудь телочку за компанию?»

«Че?!»- вытаращиваю глаза я. «Вы чего? Какую, блин, телочку? Одной рукой? Да я сам 80 кг вешу! И она – килограмм 60! Да я вообще не представляю, как это делать-то? Майкл довольно улыбается: «Фигня, Димка. Чуть подседаешь, сажаешь ее на ладонь, встаешь  и от плеча толкаешь, ну, типа гирю…тока живую.» «Парни, я на это не подписывался»,- чувствую, как начинаю срываться на истерические нотки. Миша выдерживает задумчивую паузу. «Девчонок, говоришь… Ну давай, что ли, я подниму если что. А Димон страховать будет: ей же держаться за что-то надо, вот пусть за руку её и держит». Облегченно перевожу дух.

«… это были наши гости из Федерации Бодибилдинга со своими мощными мускулами, Ваши аплодисменты, Дамы и Господа! …а теперь: обещанный мной сюрприз! Ребята готовы доказать, что эти тела не только красивые, но и реально сильные! Есть ли у нас дамы, желающие поучаствовать в эксперименте?»

Под трескотню ведущего стоим, переминаясь с ноги на ногу, с предельно мужественными, как и положено «гостям из Федерации Бодибилдинга» лицами, втайне надеясь, что дурочек в этот раз не найдется (Миха сказал, в прошлый раз с трудом одну вытащили ). «…итак, девушки: не упускайте свой шанс ощутить, что значит сильные мужские руки!» …под Вашей задницей, мрачно продолжаю я про себя.

О черт! Дешевая зазывалочка конферансье сработала: наперегонки, как Белка и Стрелка от столиков в разных концах зала активно виляя попами «на публику» цокают шпильками две возбужденные любительницы «сильных мужских рук»… слава Богу, не рубенсовских форм! Майкл готовно приседает, подставляя раскрытую ладонь у плеча, первая счастливица с подозрительной сноровкой укладывает свои булки на широкую мозолистую ладонь труженика рампы и танцпола, я, дурак дураком, стою рядом, придерживая ее за протянутую влажную ладошку, воображаемая барабанная дробь: алле- оп! И Мишка, напрягшись и крякнув, выталкивает сомлевший от привалившего счастья «снаряд», фиксируя на долю секунды на вытянутой руке!

«Браво!» — фальшиво – восторженно вопит ведущий, взывая полупьяную аудиторию к овациям, которые – таки, раздаются, нестройным гулом прокатываясь по столикам. Майкл лепит победительное лицо и двойной бицепс спереди. Подбежавшая «Стрелка» не дает ему в полной мере насладиться триумфом, готовно отклячивая прямо скажем, более обширный… э-эээ…задний дворик. Импровизированный домкрат вновь припадает на одно колено, старательно ищет ладонью центр тяжести, находит…теряет…снова находит: эта попа, похоже, со смещенным центром тяжести! Я бы даже сказал, с блуждающим. Миха явно чувствует себя неуверенно, пытается приподняться в стартовое положение, девочка съезжает набок, ойкает и вцепляется в мою страхующую руку. Майкл вспотел, тяжело дышит винным амбрэ: шампанское — не самое лучшее топливо для богатырско – эротических экзерсизов. Публика настороженно притихла, чувствуя неладное. Собрав остатки куража и качковского «эго», импровизированный Илья Муромец, натужно выдохнув, таки толкает экстремалку вверх, на мгновение застывая в торжествующей позе Статуи Свободы. Йййес!!! Народ с облегчением выдохнул, девочка в экстазе: овации, фанфары, литавры, лавровый венок и фиговый листок!

Фух-х… переводим дух. И тут триумфаторский взор Майкла стекленеет, замерев в одной точке. Я перевожу взгляд в том направлении и в панике вижу подозрительную возню за дальним столиком в ресторанном полумраке. Черт! Черт! Черт! Нетвердо продираясь сквозь стулья с обворожительной полупьяной улыбкой королевы бензоколонки к нам движется еще одна каскадерша. Беззащитна, словно танк в тумане. И столь же неотвратима. Блин! Похоже, мы на корпоративной вечеринке Цирка Воздушных Гимнастов. Гимнастов – любителей. Любителей выпить.

«Димка, твоя очередь»,- выдыхает Мишка. И я понимаю, что аргументов для спора у меня нет. И путей к отступлению тоже.

Вопреки досужим вымыслам, маленький мозг культуриста бывает неожиданно изобретателен, особенно в экстремальной ситуации. Скорости и изяществу моего решения позавидовал бы чемпион мира по шахматам: я расплываюсь в облегченной улыбке, ободряюще подмигиваю выбежавшей девочке, сажусь на одно колено, подставляю под мягкую женскую попу твердое мужское плечо, резво поднимаюсь и с деланной легкостью браво дефилирую с данной попой взад — вперед по сцене, одной рукой придерживая ее за ноги, второй – демонстрируя бицепс спереди. Публика одобрительно улыбается, мадемуазель – в экстазе, Миха облегченно вздыхает: все счастливы…

Никогда не знаешь, где настигнет глумливый Перст Божий, небрежным щелчком низвергающий тебя с лучезарных вершин торжества человеческого духа в  физиологические низины бытия человеческого. Носом в говно, короче. Очень способствует катарсису.

…через минуту я стал томиться неясным томлением: пора было заканчивать. Восприятие времени трезвого и нетрезвого человека очень различается: упоенная триумфом нимфа, напротив, требовала продолжения банкета. Вцепившись в мою 20-рублевую стрижку, она посылала воздушные поцелуи, махала рукой многочисленным знакомым, в общем – вела себя на моем плече весьма по- хозяйски! Решив, что с меня хватит, я просто слегка присел и наклонился вперед, давая возможность наезднице спуститься на грешную землю, в смысле, сцену. И тут я почувствовал как эта дурища еще крепче вцепилась в мою башку, и еще сильнее вжалась в «седло». А-а-ааа!!! Черт! Натурально повинуясь закону тяготения я мгновенно почувствовал себя Пизанской Башней, но было уже поздно: нелепой визжащей колбасой девочка начала падать в сторону ближайших столиков, я грохнулся на колено, все еще пытаясь удержаться, тут она отцепилась от меня  и  с характерным деревянным стуком рухнула на ближайший столик. К счастью, оказавшийся свободным.

Кто любит театр, тот поймет

значенье слов «немая сцена»…

Вообще, культуристы стремятся стать настолько большими, насколько это возможно. Но в этот самый момент мне страстно захотелось уменьшиться до размеров муравьиного яйца. Не в смысле – парного мужского полового органа муравья, а в смысле – эмбриона. Также мне не помешала бы шапка – невидимка, ковер-самолет, ну или, на худой конец, волшебная палочка: в общем любая сказочная хрень, только бы исчезнуть, раствориться, провалиться сквозь землю!!!

Но нет: вот он я, вот рядом Майкл с забытой на лице бессмысленной улыбкой, рядом диджей, чуть не проглотивший от неожиданности микрофон, вот зрители с вытянувшимися лицами, и вот она, героиня вечера, ревущая в голос, успевая в промежутках между всхлипами материть меня в три этажа, размазывающая по щекам пьяные слезы вперемешку с потекшей тушью…мда… вошла в анналы шоу-бизнеса… Подхватываю на руки, несу к ее столику, хоть как-то пытаясь сгладить тягостное впечатление, покорно проглатываю многочисленных «козлов» и «уродов» в свой адрес, и истерические фразы в том духе, что «ты меня опозорил на весь город».

… стоим у входа в ресторан на обжигающем морозном воздухе. Лицо ощущается как раскаленная докрасна сковорода. На душе до того паршиво, что слов нет. Майкл утешает меня как может, но какой смысл сейчас в словах? Открывается входная дверь, несколько посетителей выходят курить. Невероятным усилием воли сдерживаю позорное желание дать деру, просто чуть отодвигаюсь в тень и поворачиваюсь спиной, стараясь ни с кем не встретиться взглядом.

В тот вечер мне казалось, я никогда больше не выйду с показательным в ночном клубе, да и вообще на сцену: растерянность, недоумение, злость на эту дуру и еще большая злость на самого себя, обида, отчаяние – вот примерно такой компот варился в моем «котелке», долго еще отравляя существование.

Сейчас я вспоминаю об этом со смехом, и частенько использую эту байку на своих семинарах и тренингах как иллюстрацию того, что получить вполне унизительного пинка под зад от Судьбы можно в любой момент, и что «падать – не стыдно. Стыдно долго лежать».

Продолжение следует…

Предыдущие части вы можете прочитать здесь:

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники